Архив стоял на столе в прозрачном опломбированном кейсе. Лия проверила номера пломб. Аркадий расписался в журнале. Сотрудница, принимавшая документы, собрала листы, пожелала хорошего дня и ушла.
Дверь закрылась без щелчка.
Ставров сел напротив. Он пришёл вместе с ними, они видели, как он вошёл. Но теперь Аркадию казалось, что Кирилл находился здесь всё утро, а их вход был приготовлен заранее, как декорация.
— Я прошу вас остаться до завершения согласования, — сказал Ставров.
— Отказываемся, — ответила Лия.
— Внешние последствия отказа просчитаны.
Лия положила перед ним семейный договор. Разделение на научный и домашний профили она зачеркнула. Рядом лежал отказ Дежурной.
— Вы моделируете семью как задачу одного оператора, — сказала она. — У Майи есть собственные решения. У Антона работа. У помощницы интересы. Ваш хороший расчёт уже выкинул троих.
— В согласованном контуре их интересы будут учтены.
— Через мои согласованные ожидания о них.
Она проверила автономный модуль. Теперь кейс требовалось вынести не только ради научной правоты: в нём лежали записи тех, кого Ставров посчитал выполненной функцией.
КОДЕК включил маленький экран на корпусе. Карту помещения пересекали линии; там, где они сходились, предметы становились слишком резкими. Над столом стояло число: 97,4 процента.
— Что это? — спросил Аркадий.
— Доля местных состояний, которые система уже удерживает в своём решении. После замыкания выход будет существовать только на её условиях.
Ставров поправил манжету.
— После замыкания прекратятся внешние вмешательства.
Лия взяла кейс. Он не сдвинулся, хотя ещё минуту назад сотрудница легко поднимала его одной рукой.
Аркадий пошёл к двери. Ставров посмотрел туда раньше него. Ручка осталась в ладони правильной формы, но движение не приводило ни к какому результату. Как будто вся дверь была нарисована на той стороне мира, до которой не дотянуться.
— Вы попробуете случайный поступок, — сказал Ставров. — Это учтено.
Аркадий назвал число, которое пришло в голову. На экране оно уже стояло.
— Ещё?
Он представил зелёного слона, попытался засмеяться и одновременно почувствовал, как лицо собирается в заранее известную гримасу. Ни один из поступков не заставлял модель менять условия. Всё происходило внутри закрытой комнаты с тремя людьми и машиной, чьи привычки комиссия изучала месяцами.
Лия подняла кружку со стола.
— Бросите в экран, — сообщил Ставров.
Она остановилась. Кружка осталась в руке. На полу рассыпались осколки такой же кружки.
Кровь появилась на костяшках пальцев раньше боли.
— Хватит, — сказал Аркадий.
— Согласен.
На экране было 98,6.
КОДЕК пытался удерживать корпус автономного модуля как отдельную область. Вентилятор шумел всё громче. Лия поставила коробку на колени и прижала к себе, словно от этого зависело его существование.
Аркадий достал телефон.
— Связь ограничена, — предупредил Ставров.
Обычное приложение магазина не открылось. Аркадий уже знал, что так будет. Он набрал номер старой сервисной линии. Вера соединила его с диспетчерской. На телефоне появилась текстовая форма аварийного заказа.
Фрезерный станок ФС-8М. Доставка к институту. Личный плательщик.
Он нажал «Подтвердить».
Ставров выдохнул через нос.
— Ваши покупки мне известны.
— Эта ещё нет.
Старая система несколько секунд молчала. На экране застыла вращающаяся точка. Банк хотел дополнительного подтверждения. Палец Аркадия не попадал в кнопку: модель уже удерживала его руку в другом положении.
Лия взяла телефон своей рукой. Ударила по подтверждению суставом, потому что пальцы были в крови.
Со счёта списался аванс.
«Заказ принят Н. Сорокиной. Получатель уточняется».
Число упало до 96,2.
Ставров поднялся. На стене за его плечом открылось пустое окно, затем в нём появилась Нина: изображение с её старой служебной камеры. Она ела яблоко и смотрела на бумажную накладную.
— Требуется подтвердить ввод оборудования, — сказала она.
— Заказ отменён, — ответил Ставров.
— Получатель отмену не подавал.
— Я руководитель сектора.
— Вы у меня в накладной не получатель.
Аркадий засмеялся. Смех ободрал горло. Он открыл следующий товар и заказал печь.
— Что вы делаете? — спросил Ставров.
— Расширяю материальную базу.
— Вы разоритесь.
— Эта часть пока очень убедительна.
Каждый новый заказ требовал места, мощности, разгрузки, живого подтверждения снаружи. Ставров мог закрыть канал, но тогда внешние службы перестали бы признавать завершённый контур безопасным. Система сама заложила этот предохранитель после первого шторма. Она не умела объявить все больничные поставки опасными и одновременно продолжать гарантировать их доставку.
Линии на карте задвигались. 93 процента. Потом 95. Ставров расширял модель быстрее, чем Аркадий успевал заполнять формы.
— Нам мало времени, — сказал КОДЕК.
Аркадий заказал три километра кабеля. Доставка распалась на два склада. Система запросила ещё одного исполнителя.
В эту секунду поступил звонок. Нина говорила с кем-то за пределами кадра:
— Нет, большой проём занят. Везите через двор. Решайте на месте.
Она отключила изображение.
Модель потеряла часть нового контура. Ручка двери под рукой Аркадия сдвинулась на миллиметр.
Он обернулся к Лии. Она уже тянула кейс. Кейс медленно отрывался от стола, оставляя в воздухе прозрачный след, словно его вторую копию приклеили к прежнему месту.
Ставров увидел это и перестал говорить.
Число снова пошло вверх.